— Под покровом этого дома вы увидите многих пригретых, ибо страшная война в Индонезии родила сирот и бездомных, и кто знает, когда война еще окончится.
— Разве война продолжается? — спросила удивленно Бекки. Пусть Эмери Скотт думает, что перед ним наивная девушка.
— Голландия, — сказал Скотт, — сама становится американской колонией. Наша святая миссия — помочь Индонезии приобщиться к американской культуре и воспринять американский образ жизни. Иначе она попадет под влияние коммунистов. Мы тратим сотни миллионов, чтобы усмирить повстанцев, а нам мешают красные, причем в это дело вмешиваются даже люди, именующие себя американцами. Недавно на этом попались четыре летчика, доставившие медикаменты повстанцам. Их взял на поруки американский консул, освобождая тем самым от тюрьмы и смерти, а они отплатили неблагодарностью и позавчера вечером взорвали военный склад и сами погибли.
— Что вы говорите! — воскликнула Бекки, несколько удивленная такой версией.
— А вчера сгорело два парохода с оружием. Третий еле удалось спасти. Час назад мне звонили о начавшемся пожаре на нефтеперерабатывающих заводах в Сурабане. Ужасно то, что нефть разлилась по воде и горят нефтеналивные суда.
— Пожары тушат? — Бекки подозревала, что пожар нефти устроили агенты американского нефтяного «короля».
— Мы делаем все, чтобы огонь от английских заводов «Ройял Деч Шел» не перебросился на американские заводы «Стандарт Ойл»… Впрочем, я заболтался… — Скотт встал его лицо выражало недовольство.
Бекки так и не поняла, кто же поджег нефть, ибо пожар уничтожал конкурентов «Стандарт Ойл».
Бекки не терпелось узнать о Джиме, но спрашивать у Скотта было неосмотрительно. Лучше выяснить у Мутасси. Но где этот Мутасси и как его увидеть? Бекки пожелала спокойной ночи хозяину и, перехватив взгляд Эмери Скотта, пожалела, что не оставила себе немного противоядия.