— Пойдём назад? — тихо спросил Ромка, дрожа всем телом.
— А Барс как повернётся? — спросил Егор. — Барс не сможет повернуться и сорвётся. Вперёд!
Ромка опять двинулся левым боком вперёд.
— Впереди сосна, — прошептал он.
— Значит, скоро вершина, — так же тихо сказал Егор, стараясь не дышать, чтобы грудь не отодвигала от стены плотно прижимавшееся к ней тело. — Ромка, иди к дереву.
— Дальше сосны пути нет, — тихо сказал Ромка и вдруг покачнулся.
— Быстро иди к дереву! Ну, раз, два! — с неожиданной силой крикнул Егор. — Шагай, там же выступ, ты слепой, что ли? Иди!
И столько было силы в этих словах, что упавший духом Ромка, медленно, как слепой, передвинул левую ногу вперёд, перебирая потными, исцарапанными пальцами по шероховатой стене, передвинул корпус и тихо подтащил правую ногу. Он вздохнул так, будто пробежал километр без передышки, и вновь проделал то же самое.
Сосна медленно приближалась. Она была метрах в семи, но потребовалось не меньше десяти минут, чтобы приблизиться к ней.
Сосна росла в расщелине. Могучие корни вонзились меж потрескавшихся камней. За сосной был острый угол скалы. Но под сосной был крошечный «пятачок» пространства.