X
— Наше дело — фрукты, мед, виноград, хлопок. Наше собственное изобретение — это особый, лечебный мед, хотя и простой мед обладает лечебными свойствами. Разве это не интересно? — продолжал Искандер. — Это очень интересно.
— А чем мы хуже других? — возразил Василий Александрович. — Почему мы не можем работать над созданием съедобного микробелка будущего, если позволяет время? Ведь это тоже очень интересно.
— Очень! — восторженно отозвались ребята.
— Ты, Василий Александрович, отвлекаешь ребят от настоящего дела, — на этот раз очень серьезно возразил Искандер.
— А почему не помечтать? — разгорячился Василий Александрович. — Мичурин мечтал, например, посадить ореховые деревья по всей стране, от Крайнего Севера до Черного моря, а орехи, как известно, очень питательны. Не связывайте полета фантазии: и наша наука и наша жизнь в конце концов направят ее по правильному пути… Люда, принеси зеленую записную книжку. Она лежит на моем письменном столе, слева.
Люда побежала в дом.
— О том, что надо мечтать, сказал еще Владимир Ильич Ленин в своей книге «Что делать?» и при этом сослался на Писарева. Вот я вам и хочу прочесть из Писарева.
Василий Александрович нетерпеливо оглянулся, а Люда уже протягивала ему зеленую записную книжку. Василий Александрович протер очки и прочел:
— «Если бы человек был совершенно лишен способности мечтать таким образом, если бы он не мог изредка забегать вперед и созерцать воображением своим в цельной и законченной картине то самое творение, которое только что начинает складываться под его руками, — тогда я решительно не могу представить, какая побудительная причина заставляла бы человека предпринимать и доводить до конца обширные и утомительные работы в области искусства, науки и практической жизни…»