— Что же нам делать, Том?
— Очень просто. То, что я тебе скажу. Положим, это бессовестно, безобразно, неправильно, но у нас нет выбора. Мы должны освободить его как можно скорее, а потому станем работать кирками и сделаем вид, что это не кирки, а ножи.
— Браво, браво, Том! Наконец-то ты одумался! Киркой и нужно рыть, а нравственно это или безнравственно, для меня наплевать. Если мне нужно украсть негра, или арбуз, или книжку и для этого необходима кирка, я и беру её в дело, а что подумают твои знаменитые узники, это меня не касается.
— Да, — отвечал он, — обстоятельства оправдывают нас. Но не будь такой оказии, я ни за что не допустил бы нарушения правил… Подай мне, пожалуйста, нож.
Возле него лежал его собственный нож. Я подал ему и свой, но он нетерпеливо отшвырнул его.
— Подай мне нож, Гек Финн!
Я стал втупик. В чём дело? Потом вдруг сообразил. Побежал в сарай и из груды разных сломанных орудий вытащил кривую кирку и молча вручил ему; он взял её и начал работать, не говоря ни единого слова. Вот ведь какой чудак!
Я тоже схватил лопату, и мы принялись дружно работать, только комья грязи летели кругом. Через полчаса мы так устали, что должны были дать себе отдых, зато добрая половина работы была сделана нашими «ножами». Я был счастлив и отправился домой. Я взбежал в комнату по лестнице, думая, что и Том идёт за мной, но его не оказалось. Посмотрел я в окно, а он, бедный, карабкается по громоотводу. Но руки у него были в таких волдырях, что он и на вершок не поднялся. Увидя меня, он печально проговорил:
— Что мне делать? Как ни стараюсь, не могу. Что ты мне посоветуешь, Гек?
— Боюсь, что это будет безнравственно, — сказал я, — но вот тебе мой совет: взойди по ступенькам и сделай вид, что это громоотвод.