— Оставьте меня, братцы, клянусь, что не выдам!
Другой голос отвечал довольно громко:
— Лжёшь, Джим Тернер! Мы знаем твои штуки! Ты всегда забираешь при делёжке двойную долю и ещё грозишь выдать нас, если мы тебе не уступаем! На этот раз ты в наших руках, подлая собака!
Джим исчез и, вероятно, уже был на плоту, а меня разбирало любопытство. «Том Сойер ни за что не оставил бы этого так, — говорил я себе. — И я тоже должен взглянуть на то, что там происходит». Я пополз вперёд на четвереньках узким коридором и заглянул в каюту. Там на полу лежал связанный по рукам и ногам человек, двое других стояли над ним, один с маленьким фонарём в руках, другой с пистолетом, которым целился прямо в голову связанного.
— Я тебя сейчас пристрелю, как бешеную собаку, предатель! — говорил человек с пистолетом.
Тот корчился на полу и вопил:
— Не трогай меня, Билл! Ради бога, не трогай! Клянусь, я никому не скажу!
В ответ на эти мольбы человек с фонарём злобно рассмеялся:
— Не выдашь? В первый раз ты сказал истинную правду: клянусь, ты нас действительно не выдашь. Ишь как хнычет, а ведь, если бы он был сильнее, он укокошил бы нас обоих! А за что? Просто так, здор о во живёшь! Только за то, что мы хотели получить принадлежащее нам по праву. Только за это! Держу пари, ты больше никому не будешь грозить, Джим Тернер!
— Погоди стрелять, Билл! — сказал человек с фонарём.