— Так это ж ночью. Он тебя, скорее всего, не заметит, а и заметит, ни о чем не догадается.
— Ну, если совсем уж темно будет, я за ним, может, и послежу. Хотя не знаю… не знаю… да нет, попробую.
— Я бы за ним, если б темно было, как пить дать пошел, Гек. Вдруг он поймет, что ничего у него с местью не выйдет, да прямиком к деньгам и потопает.
— Верно, Том, верно. Ладно, послежу, вот те крест!
— Вот теперь ты дело говоришь! Ты, главное, не оплошай, Гек, а уж я не оплошаю, это будь уверен.
Глава XXVIII. В логове Индейца Джо
Близилась ночь, Том с Геком приготовились к новым приключениям. После девяти вечера они послонялись немного у постоялого двора — один издали наблюдал за проулком, другой за дверью, которая вела в № 2. Никто в проулок не зашел и никто из него не вышел, да и никто похожий на «испанца» не входил в дверь и не выходил из нее. Ночь обещала быть светлой, и Том отправился домой, зная, что, если темнота окажется все же достаточной, Гек придет к нему и помяукает, после чего он, Том, улизнет из дома и испытает ключи. Однако ночь осталась ясной и около двенадцати Гек покинул свой пост и завалился спать в пустой бочке из-под сахара.
И во вторник мальчикам тоже не повезло. И в среду. Зато в четверг ночь выдалась многообещающая. В должное время Том выскользнул из дома, прихватив с собой старый жестяный фонарь тетушки и большое полотенце, — чтобы было чем его прикрыть. Он спрятал фонарь в гековой бочке и встал на стражу. За час до полуночи бар постоялого двора закрылся, а все огни в нем (других в окрестностях не горело) погасли. «Испанец» так и не появился. Проулок оставался пустым. Все благоприятствовало исполнению замысла Тома. Ночь была темной, а безмолвие ее нарушалось лишь редким рокотом далекого грома.
Том залез в бочку, зажег фонарь, обмотал его полотенцем, и двое искателей приключений осторожно выступили во мраке к постоялому двору. Гек остался стоять на страже, Том на ощупь углубился в проулок. Для Гека настало время томительного ожидания, придавившего его дух, точно целая гора. Он вглядывался в темноту, надеясь увидеть свет фонаря, — конечно, свет перепугал бы его, но хотя бы дал ему знать, что Том еще жив. Геку казалось, что со времени ухода Тома прошел целый час. Наверняка он там в обморок грохнулся, а может, и умер, может, у него сердце разорвалось, не выдержав волнения и страха. Беспокойство подталкивало Гека все ближе и ближе к проулку; ему мерещились ужасы самых разных родов, он каждый миг ожидал, что разразится какая-то катастрофа, которая напрочь перешибет ему дыхание. Правда, перешибать было особенно нечего, ибо воздух Гек глотал хорошо если наперстками, зато уж сердце его колотилось так, что было ясно: долго бедняге не протянуть. Внезапно в темноте полыхнул свет и мимо Гека пронесся Том, прошептавший:
— Беги! Беги что есть сил!