— Нет, не отворю! Попались мне, голубчики! Молитесь богу, настал ваш последний час… Всех живьем спалю! Никого не выпущу!..
Из сарая по воротам такой грохот в три пары рук, что доброму грому в пору. А за грохотом голоса:
— Выпусти! а не то и машину твою вдрызг разнесем!
— Отворяй!
— Не дури, Аким! Побойся бога…
Это Пантелей Кишкодер елейным голосом запел в щелку. Аким захохотал:
— Бога? Ха-ха-ха!.. А ты побоялся бога машину-то мою пилить? Побоялся?
— Отопри, вражья сила! — заорал Петруха Дубин, грохоча в ворота. — Разнесу весь сарай и с тебя живого не слезу!
Аким Ольха подумал и ответил:
— Вот, что мужики. Выпустить я вас выпущу. Но только один уговор.