– Он всем мешает, – сказал он негромко, – вы многого о нем не знаете, Александр Сергеевич.
Грибоедов забыл о нем. Он покачивался. Завилейский пожал плечами и ушел, недоумевая. Грибоедов опустился на пол.
Так он сидел, смотрел вызывающим взглядом на стулья и дрожал.
Вошел Сашка и увидел его на полу.
– Вот, Александр Сергеевич, – сказал он и заплакал, – вот вы не мазались деревянным маслом, что ж теперь будет, – утер он нос кулаком, – когда вы совсем больной.
– Ага, Сашенька, – сказал ему с полу Грибоедов и тоже заплакал, – ага, ты не чистил мне платья, ты не ваксил мне сапог…
Тут – постель, холодная и белая, как легкий снег. И болезнь укрыла его с головой.
20
Ему причудилось:
Отец его, Сергей Иванович, бродит широкой, сгорбленной спиной по детской комнате. Он в халате, халат висит, он его подбирает одной рукой. Короткие ножки отца чуть видны из-под длинного халата. Грибоедов внимательно смотрел на эту широкую спину, которая была его отцом. Отец сейчас слонялся по детской комнате и искал чего-то.