— У них были дома.
— Там и теперь есть развалины домов и городов. На пашнях они исчезли, но на пастбищах еще остались. Пищевая Компания не хочет тратиться на их разборку. Я это знаю наверное. И даже, когда пролетаешь мимо на аэроплане, эти развалины сверху видны совершенно отчетливо. Мы могли бы привести такой дом в порядок собственными руками и поселиться там. Знаешь, это вовсе не так невозможно. Люди приезжают каждый день — смотреть за стадами, работать на полях. Мы могли бы уговориться с кем-нибудь насчет доставки пищи.
Она нерешительно помолчала.
— Как странно, — сказала она наконец.
— Что странно?
— Странно так жить. Никто так не живет.
— Ну, так что же?
— Так жить было бы странно и очень романтично. Но можно ли так жить?
— Отчего же нельзя?
— Столько вещей пришлось бы оставить, — сказала она, — самых необходимых.