— Господи Іисусе Христе! Неужели все еще копаешься съ блинчиками, Милли?
Когда мистрессъ Галль пришла собирать со стола, она еще болѣе убѣдилась, что несчастный случай, котораго, по ея догадкамъ, сталъ жертвой ея постоялецъ, изуродовалъ ему ротъ. Постоялецъ на этотъ разъ курилъ трубку, но во все время, пока мистроссъ Галль пробыла въ комнатѣ, онъ ни разу не взялъ въ ротъ чубука, для чего ему пришлось бы сдвинуть шелковую повязку, скрывавшую нижнюю часть лица; и поступалъ онъ такъ, очевидно, не изъ разсѣянности, потому что нѣсколько разъ поглядывалъ на подергивавшійся пепломъ табакъ. Сидя въ уголкѣ, спиною къ занавѣшенному окну, согрѣвшійся и сытый, онъ заговорилъ теперь съ меньшею раздражительной краткостью, чѣмъ прежде. Огромные очки въ красноватомъ блескѣ камина какъ будто ожили.
— У меня есть багажъ на Брамльгорстской станціи, — сообщилъ онъ, сталъ разспрашивать хозяйку о способахъ его оттуда получить и совсѣмъ вѣжливо кивнулъ своей забинтованной головой въ знакъ благодарности за полученныя разъясненія.
— Завтра? — переспросилъ онъ. А нельзя ли раньше?
Отрицательный отвѣтъ, казалось, огорчилъ его.
— Вы увѣрены, что нельзя? Никого нѣтъ такого, кого можно было бы послать на станцію съ подводой?
Мистрессъ Галль весьма охотно отвѣчала на всѣ вопросы и не преминула завязать разговоръ.
— По дюнамъ дорога крутая, сэръ, — сказала она по поводу вопроса о подводѣ и поспѣшила воспользоваться представлявшимся случаемъ: — на самой этой дорогѣ, съ годъ этакъ назадъ, опрокинулась телѣга. И джентльменъ былъ убить, да и кучеръ тоже. Долго ли до бѣды, сэръ! Несчастію случиться — одна минута, сэръ, не правда ли!
Но постояльца не такъ-то легко было вовлечь въ откровенности.
— Правда, — отвѣчалъ онъ сквозь шарфъ, спокойно гляди на нее своими непроницаемыми очками.