— Идти ли нам вперед?
Я подумал.
— Это все? — спросил я…
— Если вы можете выдержать.
Вместо ответа я принялся совершенно отвинчивать крышку. Я снял ее и бережно положил на тюк. Несколько хлопьев снега закружились и исчезли, когда этот непривычный нам разреженный воздух наполнил наш шар. Я стал на колени, уселся у края отверстия и выглянул оттуда.
Внизу, на расстоянии одного ярда от моего лица, лежал чистый, не попиравшийся еще ничьей ногой, снег луны.
Наступила небольшая пауза. Взоры наши встретились.
— Ну, как вы себя чувствуете? Ваши легкие не очень страдают? — спросил Кавор.
— Нет, — отвечал я. — Я могу это выносить.
Кавор протянул руку за своим одеялом, просунул голову в дыру посредине и, завернувшись как следует, сел на краю отверстия, спустив ноги до расстояния в каких-нибудь шесть дюймов от лунного снега. С минуту он колебался, потом бросился вперед и стал на девственную, никем еще не попиравшуюся почву луны.