— Откуда ты знаешь… то, что ты мне сейчас сказала?
— Я вчера виделась с Эллен — я же говорила тебе, что встретила ее у бабушки.
— Но ведь она тогда тебе этого не сказала?
— Нет, я сегодня получила от нее записку. Хочешь ее прочитать?
Он пытался ответить, но голос ему отказал; Мэй вышла из комнаты и почти тотчас же вернулась.
— Я думала, ты знаешь, — сказала она просто.
Она положила на стол листок бумаги, и Арчер протянул руку и взял его. Письмо состояло всего из нескольких строчек:
«Дорогая Мэй, мне наконец удалось объяснить бабушке, что мой визит к ней не мог быть не чем иным, как визитом, и она, как всегда, была щедра и великодушна. Она теперь понимает, что, если я вернусь в Европу, я должна жить одна или с бедной тетей Медорой, которая едет со мной. Я спешу обратно в Вашингтон, чтобы уложить вещи, и на будущей неделе мы отплываем. Ты должна быть очень добра к бабушке, когда я уеду, — так же, как ты всегда была добра ко мне.
Эллен.
Если кто-нибудь из моих друзей захочет убедить меня изменить мое решение, пожалуйста, передай им, что это совершенно бесполезно».