Схватив участкового за пуговицу, Сидор Маркович зловещим шёпотом стал рассказывать ему про ограбление, про козни соседей, свалив в одну кучу малолетних преступников, подпольного миллиардера, наёмных убийц, Пушкина и Линкольна.
— Разберёмся, — сказал Ломоносов, отстраняясь от назойливого потерпевшего. За этот день Скупидонов откручивал от его кителя уже вторую пуговицу. А пришивать пуговицы Ломоносов не умел. — Ну, где там ваши преступники?
Сидор Маркович открыл все четыре замка и, пропустив участкового вперёд, торжественно произнёс:
— Вот они.
— Где?!
В комнате, естественно, никого не было. Не веря глазам, Сидор Маркович принялся обыскивать свою жилплощадь. Он бегал на четвереньках, как служебно-розыскная собака, потерявшая след, пока не натолкнулся на кусок фанеры, прикрывавший дыру в полу. Ту самую дыру, сквозь которую провалились телохранители Гуталинова.
— Побег, — догадался Скупидонов.
Отодвинув фанеру и сунув голову в отверстие, он закричал журналисту, всё ещё сидевшему за машинкой:
— Здесь малолетние преступники не пробегали?
«Ничего себе малолетние», — > подумал Щекотихин, вспомнив Вована и Толяна. И на всякий случай ответил: