Сапог молчал и признаков жизни не подавал.
— Ах, так? — снова разозлился Юра. — Тогда я запру тебя в ящик, и будешь там сидеть, пока не станешь нормальным…
Детям показалось, что сапог вздрогнул. Для пущей убедительности Юра крепко взял его за голенище и…
— Ой! — прошептала Нюра.
Сапог превратился… Но не в Барабашку, а в маленького старичка с длинными ушами.
— Вы кто? — вздрогнул Юра, продолжая держать старичка за уши.
— Немедленно поставь меня на пол! — возмутился тот скрипучим голосом.
— Извините, — пролепетала Нюра. — Мы вообще-то ищем Барабашку.
— Я вообще-то тоже его ищу, — закряхтел старичок, потирая уши. — Я его дедушка!Глава одиннадцатая
Ох, до чего непросто иметь внука-неслуха! Учишь его, учишь, воспитываешь, воспитываешь, на ушах стоишь, а толку чуть. Правда, на ушах дедушка Барабан Барабаныч стоял не в целях воспитания, а для укрепления собственного здоровья и духа: каждое утро он делал специальные упражнения и в свои пятьсот шестьдесят семь лет выглядел очень неплохо. А Барабашка — тот и зарядки по утрам не делал, и вообще не радовал старика. Дед-то думал, будет у него внук умным, серьёзным, положительным — одним словом, гордостью семьи. Так ведь нет — весь в него пошёл…