Иногда казалось, что мороз достиг мыслимого предела — замерзла земля, застыл воздух, окоченело все живое. Но ты идешь и идешь вперед, все ближе к цели, и все силы природы не в состоянии остановить тебя. И тогда из груди сам собой вырывается возглас: «Ух, хорошо!»
Таких морозов мы теперь не увидим до следующей зимы. Однако одеты мы пока что, как и прежде, по-зимнему. Поверх бумажного белья — меховые пыжиковые брюки мехом внутрь; далее — фланелевая рубашка, толстый шерстяной свитер и меховая рубашка, последняя — тоже внутрь мехом. Брюки и рубашки покрыты шелковой прорезиненной материей, которая хорошо защищает от ветра и сырости. Верхней одеждой Журавлеву служит длинная ненецкая малица, а у меня — эскимосская кухлянка, доходящая до колен. На ногах у нас — шерстяные носки, меховые оленьи чулки и пимы из оленьих лап, с подошвой из медвежьей шкуры и толстой, но мягкой войлочной стелькой. Голову закрывает меховой капюшон, а на руках — рукавицы из оленьих лап, мехом наружу.
Надо заметить, что обычно меньше всего мерзнет голова. В безветреную погоду мы, как правило, ездим без капюшонов в самые сильные морозы. Руки чувствуют мороз сильнее, но их легко отогреть, усилив кровообращение движением или просто растерев снегом. Сильнее всего страдают ноги, и согреть их труднее, так как долго бежать за собаками, особенно по рыхлому снегу, невозможно. На обувь и ее сохранность мы больше всего обращаем внимания. Вообще одеты мы тепло.
Перечень нашей одежды может даже создать впечатление, о громоздкости ее. Но надо знать качество оленьего меха, из которого сшита наша одежда. Он легок, мягок и совершенно не стесняет движений. О его теплоте и говорить нечего — более теплого меха в мире не существует.
В оленьих мехах мы спасались от самых лютых морозов. А теперешние весенние морозы совсем не страшны. Сегодня часть пути шел в одной рубашке. Только Журавлев ехал в малице, но без пояса, как ездит в теплую погоду ненец.
Незаходящее яркое солнце, несмотря на сильный мороз, создает впечатление весны.
В полночь оно приблизилось к горизонту, еще более покраснело и, не коснувшись горизонта, начало снова подниматься.
Когда надо пойти на риск
Следующий день неожиданно оказался мрачным. И в первую очередь для меня. Началось это утром. Проснувшись, я хотел быстро подняться, но со стоном повалился в спальном мешке.
Попытка повернуться вызвала в пояснице такую резкую боль, от которой захватило дыхание. Стараясь не шевелиться, я пытался угадать, что же со мной случилось. Предположения были самые неутешительные. Мысль, помимо воли, унесла меня на несколько лет назад…