Тут Кощейчик закричал:
— Да не стал я тетенькой! Я и есть будущий тиран!
— Да? А ты дальше послушай! — сказал папа:
«Потом я взял зубную щетку, банку с зубным порошком и целый час белил переднюю стенку моей любимой печки».
— Какую стенку ты белил? Ты что, в маляры нанялся? Вместо того чтобы Иванов-царевичей в щепки рубить, вместо того, чтобы власть захватывать и принцесс похищать, ты стенки красишь? Даже наша уютная мама Кощеиха возмутилась. Говорит, они там из нашего любимого сына, захватчика и воина, артиста-песенника сделали. Я письмо до конца не дочитал, вскочил на своего богатырского скакуна Сивку-Бурку и двое суток без перерыва сюда скакал.
— Можно было с утречка полететь на метелке, — вмешалась Бабешка-Ягешка. — Это гораздо быстрее.
— Пусть уж на метелке твоя «мама Баба-Яга» летает! — возразил папа Кощей. — Я такой тяжелый, меня не только метла, меня не каждый танк выдержит.
И тут раздался грозный рев мотоцикла. Это примчалась Ирина Вениаминовна. Все закричали:
— Ура! И вы с нами?
Она сказала: