Ответом ему было молчание и общая пораженность.
— Может быть, где-то это и золото, — сказал товарищ Коридоров, — но у нас в Москве это называется рыбные отходы. Сдайте это на клеевую фабрику. Из этой чешуи отличный канцелярский клей получится.
А в стороне, совсем в углу, сидела на табуреточке опальная педагогиня Ирина Вениаминовна. У нее уже не было длинной косы и кокошника, и была она уже не Василиса Премудрая, а просто уставшая молодая учительница. Еще бы — полночи на мотоцикле!
Она сразу поняла, что на границе сказочного царства золотые монеты превратились в чешую большой сказочной рыбы.
— А теперь рассмотрим протокол, — продолжал товарищ Коридоров. — Я вижу подпись товарища Мотоцикловой. Это хорошо. А это что?
— Это подписи учеников, — затараторили педагоги Кнопкина и Хрюкина.
— Каких учеников?! — поразился товарищ Коридоров.
— Ну этих… волшебных, сказочных.
— А разве они научились писать?
— Ну да.