— Уж так уж хорошо!.. А тут-то как же? Неужто уж угощения обитель не выставляет?
— Угощение есть, только скудное. После обедни по копейке, по полфунта хлеба, да щи там…
— И-и!.. Что ж так? Тут места рыбные…
— Рыбные точно, только что нету заведения этого… Настоятель из военных.
— Н-ну?.. Только щи? Какие же щи-то?
— Ну там со снетком иной раз… Скупо!
— Скупо! Уж скупо! такая обитель… Нет, у Тихона Задонского много лучше!.. Вот уж где хорошо-то, так уж, кажется, и рассказать-то не расскажешь. Там сейчас тебе подают пирог с кашей…
— В Оптиной — с капустой, — прибавил странник.
— А тут с кашей — первое. Съела ты пирог, начинается пение; пропела ты тропарь, опять садись за стол — щи от-тличнейшие!
Просто слюни текли, слушая реестр кушаньям, которые, по словам записной и опытной странницы, подавались в обители. Некоторые из странников и странниц, заслушавшись ее рассказами, в умилении повторяли: