— Сколько угодно! — сверкнув глазами и сплюнув, со злостью ответил он, ибо беспечность, с которою разговаривала женщина, ясно говорила ему, что дела ее мужа идут превосходно и что житье ее покойное. Он решительно не мог понять тайны этой наживы.
Пришел Иван Дмитрич, следом за ним шел проситель. Иван Дмитрич походил по виду на трактирного лакея или уездного цирюльника, который «пущает» кровь. Войдя в комнату, он повесил картуз на гвоздь, сел за письменный стол, зашумел какими-то бумагами и обратился к мужику.
— Что вам угодно?
— Жалоба.
— Кладите деньги об это место. Это будет стоить три рубли серебром. Об это место кладите.
— Помене бы…
— Здесь не такое место…
Мужик подумал, поставил шапку на пол и вынул деньги.
— Об это место. По уставу. В чем дело?..
— Обида, ваше высокоблагородие… Понадеялся на человека, а пользы не вижу…