— Куме ты, барин, купи платье, — сказала, смело выступив из толпы, какая-то посторонняя женщина. — Кума твоя — девушка, ей надо это… Выбирай ситчик повеселей какой, цветочками!
— Хорошо.
— Окрестишь, — прибавила она: — и зайди в лавку, купи… Не бог весть что! у вас, у господ, побольше нашего.
— Куплю, куплю.
— Вот и хорошо. А больше ничего и не надо. Куме да бабушке… А прочих не балуй. Так-то!
После этого женщина, на руках у которой был ребенок, укачивая его, отошла в сторону, а на место ее стал мужик, старый старик, и, шамкая, проговорил:
— Ежели твоя милость будет, так уж и нас со старухой не оставь… Мы родители будем Марку-то.
У него тряслась голова и хрипело в горле.
— Что пожалуешь, батюшко… Стары уж мы… Сиротство…
— Надо старичкам-то… — проговорил еще какой-то голос. — Одинокие старики… что-нибудь дай… Ты руб-то разбей… Куда ей, бабке, руб-то?..