— Он говорит, по морде, говорит, отжарил.
Опять что-то обдумывает тот, кого будто бы били по морде, и, поплевав скорлупу и подумав, опять не спеша произносит:
— По уху дал два раза, а по морде не бил… Это он врет!
— Ты чего с сестрой-то?
Рабочий опять подумал и очень небрежно ответил:
— Подлюга она была моя… очень просто!.. А он, брат ее (так и так), сманил ее к приказчику… Денег взял с приказчика… Я воротился из города, а она у приказчика. Утром дождался ее, ветрел, оттрепал за косы… Она — выть… Прибежал брат — хотел мне в рыло… Ну, я его пхнул… Тогда они меня вдвоем повалили, руки держат, ну и два раза по уху дал… А по морде не бил…
Я, слушая этот разговор, признаться сказать, не понял хорошенько — говорит ли он подруга или, как мне легко могло послышаться, подлюга, и, чтобы выйти из затруднения, спросил у рабочего точного ответа:
— Обыкновенно подлюга! Какое же ей имя, коли ежели на это идет?
— Да ведь вы сами совращаете?
Рабочий улыбнулся и сказал: