— И по прозорливым людям от этого ходила?
— И от этого, от самого, от греха моего.
— И тяжело тебе?
— Тяжко, тяжко, отец!
— А ты хочешь, чтобы было легче?
— Да как же не хотеть!
— Чтобы грех-то не давил тебя?
— Истинно так, батюшка!
— Но ведь ты сама знаешь, что делала грех?
— Знаю, батюшка!