Не на всю социал-демократию С. желает распространить свое «новое» учение о ликвидации, он готов допустить некоторое исключение для Кавказа [см. П: XIX, 11]. Но

«нельзя в одно и то же время высказываться против „ликвидаторства“ на Кавказе (и в некоторых других местностях) и за „ликвидаторство“ в России. Само собою понятно, что ликвидация партии в остальной России не могла бы быть безразличным или даже отрадным явлением для кавказских товарищей, желающих действовать под ее знаменем. Тут нужно выбирать: или „ликвидаторство“, или борьба с ним. Tertium non datur (третьего нет). Говоря это, я имею в виду, разумеется, товарищей, руководящихся не своими личными интересами, а интересами нашего общего дела. Для тех, которые руководствуются своими личными интересами, для тех, которые думают только о своей революционной карьере, – есть ведь и такая карьера! – для них существует, конечно, третий выход. Великие и малые люди этого калибра могут и даже должны в настоящее время лавировать между „ликвидаторскими“ и „анти-ликвидаторскими“ течениями; они должны при настоящих условиях всеми силами отговариваться от прямого ответа на вопрос о том, нужно ли бороться с ликвидаторством; они должны отделываться от такого ответа „иносказаньями и гипотезами пустыми“, потому что ведь еще не известно, какое течение возьмет верх, – „ликвидаторское“ или „анти-ликвидаторское“, – а этим мудрым дипломатам хочется, во всяком случае, быть у праздника: они, во что бы то ни стало, желают быть на стороне победителей. Повторяю, для таких людей есть и третий выход. Но тов. С., вероятно, согласится со мной, если я скажу, что это не настоящие люди, а только „игрушечного дела людишки“. О них толковать не стоит: они – прирожденные оппортунисты; их девиз – „чего изволите?“» [П: XIX, 11 – 12].

Девятый номер «Дневника» вызвал резкий отпор со стороны «Голоса Социал-Демократа», особенно привлекло его внимание, по весьма понятной причине, последнее замечание о революционном карьеризме[55].

Привлекло оно и внимание Ленина. В 47 – 48 номере «Пролетария» он пишет:

«Поживем – увидим, действительно ли согласится с Плехановым „тов. С.“, коллективно-меньшевистский тов. С., или он предпочтет сохранить себе в качестве руководителей некоторых игрушечного дела людишек и прирожденных оппортунистов. Одно мы можем смело заявить уже теперь: из меньшевиков- рабочих , если им полностью изложат свои взгляды Плеханов, Потресов („убежденный ликвидатор“ по отзыву Плеханова, стр. 19 „Дневника“) и „игрушечного дела людишки“ с девизом „чего изволите?“, не найдется, наверное, десяти из сотни за Потресова и за „чего изволите“ вместе . За это можно ручаться. Плехановского выступления достаточно, чтобы меньшевиков- рабочих оттолкнуть и от Потресова, и от „чего изволите“. Наше дело – позаботиться о том, чтобы рабочие-меньшевики, особенно те, которые трудно поддаются пропаганде, исходящей от большевиков, ознакомились полностью с № 9 „Дневника“ Плеханова. Наше дело – позаботиться о том, чтобы рабочие-меньшевики всерьез взялись теперь за выяснение идейных основ расхождения между Плехановым, с одной стороны, Потресовым и „чего изволите“ – с другой» [Л: 19, 62].

С одной стороны, он видит задачу в том, чтобы добиться от рабочих-меньшевиков выяснения сути расхождения Плеханова с ликвидаторами, с другой стороны, он ставит себе задачу толкать далее на основательное межевание самого Плеханова.

«Плеханов изображает раскол внутри меньшевиков из-за ликвидаторства, как раскол по организационному вопросу. Но в то же время он дает материал, показывающий, что дело далеко не ограничивается организационным вопросом. Плеханов проводит пока две межи, из которых ни одна еще не заслуживает названия генеральной. Первая межа решительно отделяет Плеханова от Потресова, вторая решительно отделяет его от „фракционных дипломатов“, игрушечного дела людишек и прирожденных оппортунистов» [Л: 19, 63].

То, что недосказано у Плеханова, договаривает Ленин:

«Совершенно очевидно, что Потресов обрисован Плехановым (признан теперь Плехановым, вернее будет сказать), как мелкобуржуазный демократ-оппортунист . Совершенно очевидно, что, поскольку меньшевизм, представляемый всеми влиятельнейшими литераторами фракции (кроме Плеханова), участвует в этой потресовщине (в „Общественном движении“), постольку меньшевизм признан теперь Плехановым за мелкобуржуазное оппортунистическое течение . Поскольку меньшевизм, как фракция, мирволит Потресову и прикрывает его, меньшевизм признан теперь Плехановым за мелкобуржуазную оппортунистическую фракцию » [Л: 19, 64].

Прямо сам Плеханов этого не говорит еще в № 9 своего «Дневника», но вывод получается такой. Сам Плеханов несколько позже, в следующих номерах «Дневника», говорит об этом уже ясно и открыто.