Для него должно было быть совершенно ясно, что он попал в неприятное положение ортодокса, собирающего все оппортунистические течения против ортодоксии: сказка о курице, высидевшей утят.
Чем кончилось бы это объединение, – сказать очень трудно, ибо спустя всего дней пятнадцать разразилась мировая война, которая должна была провести совершенно новые межи.
ГЛАВА IX.
ПЛЕХАНОВ ВО II ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ
1.
Плеханов принадлежит к числу тех малочисленных вождей Второго Интернационала, которые принимали участие в нем с момента его возникновения и до его гибели.
Но еще задолго до момента формального учреждения II Интернационала, имя Плеханова стало известным благодаря его работам.
Его «Социализм и политическая борьба» и «Наши разногласия» вызвали большой интерес в тогдашних марксистских кругах, особенно среди немецких социал-демократов. На эти блестящие памфлеты обратил особое внимание Ф. Энгельс. Для того, чтобы понять причину такого интереса к работам, которые имели своим предметом специально русские дела, следует вспомнить те условия, при которых протекало в начале 80-х годов развитие марксизма.
Полное пренебрежение к теории среди тех, которые считали себя последователями Маркса, доходило до удивительных размеров. Общеизвестен факт, что появление статей Энгельса против Дюринга на страницах германской партийной газеты вызвало большое недовольство так называемых практиков. Они снисходительно пожимали плечами по поводу страсти Ф. Энгельса заниматься пустяками; строго выдержанных, ортодоксальных марксистов было очень мало, а имевшиеся были очень молоды. Каутский еще только начал свою теоретическую работу, Гед занимался текущей политической борьбой, Лафарг вел ожесточенную борьбу с французским мелкобуржуазным оппортунизмом, но еще не успел приступить к более или менее основательным работам, Либкнехт и Бебель вели парламентскую борьбу и руководили подпольной партией.
Появление Плеханова в качестве непримиримого ортодокса, который к тому же охватывает вопросы всесторонне и глубоко, который в своих работах обнаружил исключительно верное понимание учения Маркса, должно было быть для Энгельса настоящим праздником.