– уверенно писал он перед корниловскими днями. Корниловский бунт показал даже слепому контрреволюционные замыслы кадетской партии, но Плеханову и этого было мало, он выступил с защитительной статьей в пользу кадетов, – статьей, которая никакой чести ему, как политическому деятелю и его проницательности, не делает.
Заботы о победоносной войне до такой степени лишили его чувства и сознания конкретной действительности, что он в самый жестокий разгар классовой борьбы – во второй половине августа – говорил, обращаясь направо и налево:
«Если мы не придем к соглашению, то что будет? Будет ваша гибель ( обращаясь направо ). – Будет ваша гибель ( обращаясь налево ). Будет гибель всей страны» [ПГР: 2, 107].
Плеханов в роли мелодраматического глашатая сверхклассового мира и ангела-примирителя классов, – что могло быть более трагического и недостойного!
После корниловских дней Плеханов не питал более никаких иллюзий насчет дальнейшей судьбы всякой коалиции. Он с возрастающей настойчивостью твердил о приближающейся «победе Ленина».
« В настоящее время , – писал он 21 сентября, – Ленину остается сделать только несколько шагов , чтобы восторжествовать окончательно » [ПГР: 2, 177].
Через день он пишет в ответ «Дню»:
« День говорит, что победил дурак. Это неверно. Победил Ленин. А Ленин – вовсе не дурак. Он свое дело знает» [ПГР: 2, 178].
Еще через день он вновь возвращается к этой теме по поводу демократического совещания и пишет:
«Кто сказал А тот должен сказать Б. Раз произнесено А будет произнесено и Б. За это ручается объективная логика событий» [ПГР: 2, 185].