Ленин не ошибся. Именно это было больное место Плеханова, что делало тяжелым коллективную работу. Было величайшим достижением для конференции и то, что она приняла компромиссное решение Потресова: гораздо проще было по каждому отдельному случаю сговориться, чем установить по всем вопросам какой-либо единый уговор. Одно было твердо для Ленина, что для удачи дела была абсолютно необходима самостоятельность «предприятия», убеждение, которое в нем должно было укрепиться особенно после разговоров с заграничными сторонниками Плеханова.

Ленин говорит, что в разговоре с ним эти молодые плехановцы

«всецело высказывались за то, что старики решительно неспособны на редакторскую работу. Беседовал и о „3-х комбинациях“ и прямо спросил его: какая, по его мнению, всех лучше? Он прямо и не колеблясь ответил: 1-ая (мы – редакторы, они – сотрудники), но-де, вероятно, журнал будет Плеханова, газета – ваша. По мере того, как мы отходили дальше от происшедшей истории, мы стали относиться к ней спокойнее и приходить к убеждению, что дело бросать совсем не резон, что бояться нам взяться за редакторство ( сборника ) пока нечего, а взяться необходимо именно нам, ибо иначе нет абсолютно никакой возможности заставить правильно работать машину и не дать делу погибнуть от дезорганизаторских „качеств“ Плеханова» [Л: 4, 352].

Он спустя три дня после этого (5/IX) из Нюренберга пишет Х-у:

«Мы представляем из себя самостоятельную литературную группу. Мы хотим остаться самостоятельными. Мы не считаем возможным вести дело без таких сил, как Плеханов и группа „Освобождение Труда“, но отсюда никто не вправе заключить , что мы теряем хоть частицу нашей самостоятельности » [Л: 46, 42].

В декабре появилось извещение об издании «Искры», а в конце года – и первый номер ее.

Так зажглась та искра, которая должна была раздуться в могучее пламя.

Вернемся, однако, к нашему рассказу. По существу, с момента выхода «Искры» роль группы «Освобождение Труда» свелась к минимуму.

Ее роль, как хранительницы ортодоксии, все более становилась излишней, но распустить ее, объявить ее несуществующей не решались, ибо сама группа «Искры» еще не чувствовала в себе достаточной силы и нуждалась в огромном авторитете группы.

«Искра» с самого же начала взяла боевой тон против экономистов, против союза и его органа «Рабочее Дело». Определенный, ярко ортодоксальный характер газеты не мог не сделать ее центром ожесточенных споров. Ближайшие же месяцы привели к образованию вокруг нее немалого круга сторонников, которые искали участия в жизни партии, в организационном строительстве; одни технические поручения их не удовлетворяли. Уже в апреле у Ленина возникла мысль организовать Лигу, которая позволила бы использовать силы примыкающей периферии для партийной организационной работы и тем дала бы возможность вылиться существовавшему недовольству в партийную форму. Члены группы «Освобождение Труда» очень боялись нового объединения эмигрантов, которое могло быть только гнездом склоки и оппортунизма[34]. Поэтому переговоры затягивались.