15
Давно погас маяк Фаросский, давно нет Птолемеев и Александрии, не несутся от нее благовония в море, не блестит она мраморами. Угрюмо живет Посейдоний в Родосе, рядом англиканская церковь — больше не притан он в Родосе. Видит он город близкий, среди снегов затерянный. Тянутся руки его к нему, заклинает он души подлунные спасти его.
16
В библиотеке Буйрана голые тела вступали во взаимодействие. Часто по ночам, запершись в ней, дорисовывал он и подчеркивал и, закрыв глаза, смаковал. А когда открывал — липкими становились глаза его.
17
Бр… Финский брег, Афинская ночь. Граф Орлов пирует. Не косичка за его спиной болтается, не малинового бархата треуголка на нем, а грязная тюбетейка. По утрам в пелерине разгуливает. Странно видеть человека, в пелерине по набережной в университет идущего. Но знает он дело свое и книгохранилища охраняет. И для этого на черные Вифлеемские собрания ездит и с их дьяконами в кожаных френчах пьянствует.
18
В рощах холма Джаникола собралась Аркадия. Шепелявит Георгий Иванов, пророчествует Адамович, играет в футбол Оцуп. Истребляют они дурной вкус.
19
Нечистоплотный запах в комнате Буйрана. Черное полотенце брошено на смятую простыню. Буйран, в рубашке, на окне сидит, пишет. Ненавистен ему город античный. Режут ему глаза колонны дорийские, сады и храмы.