— Таня…
В секретции не смыслит девка, ей бы шопотом, а она негромко, да в голос, а мне и нечем крыть. Начал о чем-то и оборвался: не к делу касательно, значит.
Замолкла канарейка.
Притаю дух, чую, лежит в горнице.
Одна, буффера, огонь. Была не была…
Привстал, шагнул моментом к горнице, и будь ты проклят… как заскрипит пол. Домишко новый, доски не прилажены, сухи. Хана, думаю.
Встал на носки, да, как на осеннем льду ветром, шатаюсь, куда не наступлю, кругом скрипит.
Слышу из горницы:
— Жорж (по благородному, знач, Егорку эдак), что не спите?
— Дверь, говорю, забыл на крючочек.