Арсиноя не заставила просить себя дважды.
— Финикийские купцы потребовали вернуть им деньги, которые тиран Кринипп взял у них в долг, чтобы нарастить городские стены. И люди теперь смеются и гадают, чем кончится дело и будут ли финикийцы рушить стену, если не получат обратно свои денежки.
Тут она нахмурилась и, бросив на меня испепеляющий взгляд, сказала:
— Да, кстати, Ларс Альсир что-то говорил о внучке Криниппа и о тебе, Турмс. Что между вами было?
По глупейшему стечению обстоятельств, как раз в этот миг в комнату вбежал запыхавшийся верный гонец Криниппа с сообщением о прибытии своего господина. И почти сразу же нашим взорам явился сам Кринипп — задыхающийся, с сандалиями в руках. За ним следовали испуганный Терилл в золотом венце на лысой голове и Кидиппа, которую, право слово, привели сюда злые силы. При виде ее Арсиноя сбросила кошку на пол и встала. Глаза ее яростно горели:
— С каких это пор, — спросила она, — молодые козы стали бегать за мужчинами? О Гимере ходит множество слухов, но я даже и предположить не могла, что отец, как старый сводник, притащит за собой дочь, чтобы навязать ее мужчине, которого она не интересует и который вдобавок ей вовсе не пара. Ты мне за это заплатишь, Турмс! На твоем месте я бы сгорела со стыда.
Сделав шаг в сторону Кидиппы, Арсиноя поглядела на нее и с издевкой сообщила:
— Да ведь у нее груди нет. И глаза широко расставлены. И ноги больно велики.
Мне не оставалось ничего другого, как взять Арсиною на руки и, несмотря на ее сопротивление, унести в нашу комнату. Кошка пронеслась мимо меня и вскочила на ложе прежде, чем я бросил туда Арсиною. Удар был такой сильный, что у красавицы перехватило дыхание, но в ее глазах, как мне показалось, я прочел уважение.
— Ах, Турмс, как ты можешь так грубо обращаться со мной? Неужели ты действительно влюблен в эту испорченную девчонку? Наверное, из-за нее ты и приехал в Эрикс. Зачем только ты заманил меня сюда? Может, чтобы поиграть мною?