Ксенодот погладил бороду и многозначительно проговорил:
— Мне кажется, мы понимаем друг друга. Заканчивай поскорее свои дела с тирреном, и мы с тобой отправимся в твой дом. Извини, что я так бесцеремонен, но мне очень хочется познакомиться с вождями сиканов и продолжить нашу беседу.
Но я отрицательно покачал головой и ответил:
— Если ты дотронешься до закопченного камня в очаге сикана, тебе придется пользоваться его гостеприимством и гостеприимством его племени до самой смерти. Видишь ли, сиканы не привыкли показываться чужим иначе, как только во время войны, но даже тогда их вожди непременно надевают деревянные маски, а воины раскрашиваются до неузнаваемости.
— Ловкие ли они воины? И сколько у них племен, и какое оружие? — быстро спросил Ксенодот.
Я отлично знал, что сиканы не спускают с меня глаз, по-прежнему затаившись на опушке леса, поэтому я громко произнес, лениво перекладывая товары тиррена и роясь в мешках с солью:
— На равнине они ни на что не годятся, так как их охватывает страх при одном виде лошади или собаки. Но вот в своих лесах им нет равных в бою. Многие сотни лет их пытались уничтожить, однако из этого ничего не вышло. Они делают стрелы из кремня, и у них есть прочные деревянные копья, которые они закаливают в огне. Из всех металлов они больше всего ценят железо и умеют ковать его, когда оно попадает к ним в руки.
Чтобы пояснить свои слова, я открыл мешок с солью и вытащил из него этрусский нож и сверкающий серп. Когда я поднял их, по лесу прокатился невнятный шум. Ксенодот удивленно посмотрел вокруг, а тиррен быстро дал пощечины своим слугам и приказал им лечь лицом на землю, чтобы они не видели, что происходит. После этого он с готовностью развязал остальные мешки и извлек оттуда провезенные контрабандой железные предметы. Мы уселись на землю и стали торговаться и торговались до тех пор, пока тиррен не сказал жалобно:
— У меня сложилось было впечатление, что времена изменились к лучшему и торговля наладилась благодаря тому, что сиканы стали пользоваться помощью людей, знающих иностранные языки. Но теперь я убедился, что прежде столковаться с сиканами было куда проще — ведь они даже не показывались, а лишь выкладывали для обмена свой товар.
Ксенодот потерял терпение и, потрясая кошелем, спросил: