Невысокий человек в красноармейской папахе, чуть сдвинутой со лба, в легкой шинели, соскочил с лошади и потребовал к себе членов сельского ревкома. Его лицо пожалуй ничем не выделялось от окружающих лиц. Прямые черты, усы, давно небритый подбородок, открытый, широкий взгляд. В голосе мягкие ноты. Приказание больше похоже на просьбу. Но оно твердо и кратко и этим отличается от обычного разговора. Лица бойцов настороженно обращаются в его сторону.
Он приветливо здоровается с крестьянами из ревкома, потом не спеша идет с ним по саду. Деревья пусты. Слива созрела. Яблоки собраны. Осень. Он направляется к самому берегу Сиваша. Справа вдалеке заливаются пулеметы. Отдельные винтовочные всплески. Солнечный холодный день. Хорошо видна полоска Литовского полуострова.
Крестьяне показывают ему на колею по Сивашу, накатанную летом. Вот он, Крым. Рукой подать. По дну этого моря можно забраться в самое сердце полуострова, можно обойти врага, зайти ему в тыл, и тогда все неприступные ворота сами раскроются. Но ревкомовцы качают головами. Да, места эти проходимы, летом по ним ездят даже ребята на мажарах, но сейчас осень, осень! Эго чертово море загадочно и обманчиво. Оно способно натворить всяких пакостей.
— Глубока ли здесь бывает вода?
— Глубока ли? Бывает с головкой. Здесь много топей, в них потеряется пушка, как пятак в грязи.
Невысокий человек в красноармейской шинели настойчиво глядит на далекие берега Крыма. Обнаженное дно моря подобно потрескавшейся лаве, вырвавшейся из кратера неведомого вулкана. Блестки соли делают ее похож ей на руду. На середине отсвечивает вода, в ней купается осеннее, все еще днем теплое солнце.
На той стороне будет отдых усталым бойцам.
Он знает, что враг так или иначе должен быть уничтожен. Хочет спросить, каковы признаки надвигающейся воды? Крестьяне машут рукой ка восток. Ветер оттуда пригоняет половодье.
Его внимание, казалось, совершенно поглощено огромное грязной лужей, расстилающейся перед глазами. Члены ревкома пристально следят за его лицом, перехватывают его взгляд влево, в сторону Азовского моря.
— Опасная посуда! — вставляет председатель ревкома.