— Молодой. Можно бы и за ситником съездить, ситник сейчас вкусный, сладкий, как мед.
Крыша лачуги дымилась, сквозь все ее щели и дыры вырывался белый дым.
— Мальчонка опять рыбу варит.
— Почистить этих окуней и то ему лень.
Гаврило и правда варил рыбу. Вскоре он вышел и уселся на пороге с чугунком между коленями. Погнутой жестяной ложкой он вылавливал из него разваренные куски и ел, оттопыривая губы, чтобы не обжечься.
— Нищие, а гляди-ка, горшок чугунный, кровать тоже железная, да и ложка покупная, из жести, — заметил Данило.
— Выпросила где-нибудь старуха, только и всего. Сделать-то ведь им некому.
— Мальчонка уж не маленький.
— Конечно, не маленький. А только, известно, — нищие. Такому работать неохота.
— Да и зачем ему, если можно выпросить…