— Если вам не нравится наше правительство, так есть ведь еще эти большевистские прихвостни в Москве. Может, они за вас заступятся!
— Орала ведь вчера по радио из Москвы эта баба, — как ее там? — что никому ничего не будет, чтобы поляки сохраняли спокойствие и работали. Они и воспользуются случаем, чтобы погнать нас всех на работу.
— Ну, я-то уж на них работать не буду!
— Будете, если поприжмут как следует.
— Уже нашлись прохвосты в нашем городе, которые говорят, что это к лучшему, что теперь хоть большевики нами займутся по-настоящему.
— Ну вот, то же и эта баба кричала по радио!
— Позаботятся они! Так позаботятся, что и своих не узнаешь…
А в городе действительно заговорили. И меньше всего о Катыни. Обсуждали, что теперь будет, как сложится обстановка. Некоторые рассчитывали на группу, издающую газету в Москве. И среди них даже такие, которые раньше и слышать о московской газете не хотели.
— А что касается этой Катыни, то просто повторяется история с поджогом рейхстага.
— Какого еще рейхстага? — удивлялись дамы.