— Чего вы тут копаетесь? — раздается суровый голос командира роты. — Вам что, еще одну ночь здесь ночевать охота?
— Винтовки чистим, гражданин поручик!
— Почистите потом, в вагонах. А сейчас за лопаты — и марш!
К вечеру колеса вагонов застучали по мосту. Поезд шел медленно, будто полз, неуверенно нащупывая дорогу. Внизу Днепр. На льду какие-то черные лохмотья. Запах гари в воздухе.
Стефек сидел в открытых дверях теплушки. Нет, не страшен даже этот запах гари. Это не тот страшный, удушающий запах сентябрьских дней, когда горели беззащитные города и деревни. Это — запах боя.
Часовые на мосту. Вот седой коренастый красноармеец машет им рукой.
— Молодцы поляки! — кричит он неожиданно молодым, звучным голосом.
Стефек прикрывает глаза. Голова еще кружится, в ушах то и дело начинает шуметь и трещать.
— Молодцы поляки!
Так кричали тем, из Первой дивизии, под Ленино. И как Стефек им завидовал… А вот теперь советские солдаты, которые видели и Сталинград, и Севастополь, и сотни боев, каких не знал до сих пор мир, кричат солдатам с белыми орлами на шапках: «Молодцы поляки!»