— Милые вы мои, уж как ни кинь, а нам бы полагался тот участок, где моему руку придавило.
— Вот увидите, начнутся теперь свары, — предсказывала, по обыкновению, Тереска. — Всякому захочется получить поближе, а ведь это не выйдет. Которая земля поближе к баракам, тут всякий будет хватать, а подальше — никто не согласится.
Но не успела еще Тереска договорить, как вдруг всех ослепила новая, почти невероятная мысль. Что теперь ведь не будет бараков.
Магда всплеснула руками, ошеломленно глядя на женщин.
— Да ведь теперь всякий поставит себе свою избу! Где ему захочется.
— Исусе! А лесу-то сколько на всех людей понадобится!
— Да ведь есть лес:
Они взглянули на далекую, синеющую полосу бора. И правда, лес был. Сумрачно шумят ели, лоснятся гладкие стволы буков. Древний-предревний помещичий лес. Сколько его рубили, а он даже не поредел, не поддался топору. Сколько люди себя помнят, он всегда синел вдали.
— А лесу дадут?
— Ну, а как же, — сурово сказала Магда. — Лес тоже полагается народу.