— Как же так… И жена болеет… Столько лет… Еще покойный граф…
Остшеньский махнул рукой.
— Скажи ему, слышишь?.. Скажи ему, чтобы к утру и духа его тут не было!
— Слушаюсь, ваше сиятельство. Только как же с полицией… Где его потом искать, а сегодня она, может, и не успеет приехать?
— Полиции не сообщать.
Управляющий остолбенел.
— Не сообщать?
— Я сказал ведь! И держать язык за зубами! Если кто посмеет говорить об этом — вон со службы!
— Слушаюсь, ваше сиятельство. Но…
— Никаких «но». И уволить садовника, — он должен был слышать. Сад в его ведении.