Немцы думали, что бушующее море явится для них самым верным стражем побережья.
Спохватились они, когда было уже поздно. Плацдарм на берегу был отвоеван. В бухте высаживались все новые и новые отряды. По пояс в ледяной воде шли они на берег. Бойцы выскакивали на землю, быстро подымались к камыш-бурунскому поселку и с хода вступали в бой. Сквозь вражеский огонь они стремительно продвигались вперед, гоня прочь струсивших фашистов.
— За родину! За Сталина! За солнечный Крым! За родную Керчь! — раздавались пламенные призывы.
Наши части заняли Камыш-Бурун и двигались в город, чтобы соединиться с десантом, высадившимся на Азовском побережье. Они вышибли немцев из Старого Карантина и прошли над каменоломнями. Героические бойцы не знали, что под их ногами в глубоком подземелье находятся их братья по оружию, отважные народные мстители, которые в мрачные дни немецкого владычества не прекращали борьбы с оккупантами.
Радостная весть об освобождении Керчи быстро проникла и в каменоломни. Двое жителей Старого Карантина, рискуя взорваться на минах, проникли через один из самых узких входов совместно с двумя бойцами Красной Армии и сообщили партизанам, что они освобождены.
Стихийно возник митинг. Могучим эхом неслись на многочисленным коридорам короткие страстные речи партизан.
— Да здравствует наш любимый Сталин! — воскликнул возбужденный Володя.
Ему ответили партизаны:
— Ура великому Сталину!
— Да здравствует героическая Красная Армия!