— Вы так думаете? Я не знаю, чем вам надоел сын! Вы только о том и думаете, как бы его сбыть с рук.
— Но рассуди сама, посмотри на добрых людей. У всех дети в службе; все сверстники Северина поручики да ротмистры, а он-то что?
— Он мой сын, и этого довольно, чтоб я не бросила мальчика на произвол судьбы, без надзора, без денег… Нет! этого не будет!
— Мальчик в двадцать лет!
— Лета ничего не значат; один образуется раньше, другой позже.
— Это правда, но…
— Если правда, то ваше но лишнее; да впрочем, кажется, я вам неправды никогда не говорила.
— Эх, мой друг, тут дело идет не о лжи. Ну кто тебе говорил, что ты лжешь?
— Ты лжешь! Что за выражение! От вас ничего не услышишь, кроме грубостей! Вы как будто век живали в мещанском быту.
— Тебе говори то, а ты свое!