– Да, дом не дурен, барский дом, я бы его продал.
– Ей-богу-с?
– Полно, Петр Григорьевич, что это ты шутишь; зачем нам продавать дом?
– Ах, матушка, затем, чтоб другой купить. Я бы его дешево отдал.
– А как-с, позвольте узнать?
– Да за пятьдесят тысяч, со всею мебелью.
– Что ж, если позволите, я куплю.
– Очень рад, что нашел такого скорого покупщика; остается вам осмотреть его.
Софья Васильевна просто пришла в отчаяние и готова была вцепиться в мужа. В ней кипело какое-то чувство ревности, как у купца, у которого отбивают покупщика: она пригласила человека, чтоб сбыть ему которую-нибудь из дочерей, а Петр Григорьевич воспользовался случаем и сбывает ему втридорога дом.
Извольте, господа, решать тяжбу между Софьей Васильевной и Петром Григорьевичем. Вопрос: имеет ли право так поступать Петр Григорьевич с Федором Петровичем? Но прежде надо определить, под каким именем вызвать Петра Григорьевича к суду: как хозяина дома или как отца дочери, которая могла выйти замуж за Федора Петровича. Вызовем как того, так и другого.