— Братья мои и отроки! не умирать нам взаперти, умрем лучше в открытом поле!
Но где же Святослав?
С полком отчаянных всадников мчится он к куле главаря урманского.
Воян явился к нему в стан под Доростолом и с слезами на глазах сказал ему:
— Князь Святослав, спаси королевну, племеннйцу мою, покуда не пришло время конечной ее погибели!
— Воян! — сказал Святослав. — Я добуду ее из плену греческого! Борис воссядет на престол свой!
— О, если б она была с братьями своими в плену у Греков, я бы ждал спокойно твоей победы: кто против бога и тебя, Святослав.
— Где же она? — вскричал Святослав.
— Где? Пойдем, выручим ее! Возьми полк дружины с собою, и, бог даст, завтра в ночь рассыплем стены ее темницы, куда заключил ее хищник комитопул.
Не задумался Святослав, не выждал утра; велел вскочить на коней всадникам полка княжеского и, как туча на ветрах, понесся вслед за Вояном и Мавренем в трущобы шумские.