Зою пришли звать в гостиную: приехала гостья, Анна Тихоновна, желает ее видеть.
— Ах, поди прочь! — отвечала она горничной. Пройдя довольное расстояние от окна, Поручик оглянулся, увидел Зою — еще раз оглянулся.
Зоя смотрела в ту сторону, куда он шел.
Пройдя улицу, Поручик повернул назад, пошел по другой стороне, посматривая сбоку на окно… Опять поклонился… потом снова оглянулся и еще раз оглянулся.
Зоя смотрела уже в эту сторону.
Поручик снова встретился, но в этот раз он был уже смелее: не доходя до окна, он свернул в ворота. Пятница — был его день.
— Одеваться! — вскричала Зоя и торопливо бросилась к туалету, развила косу, расчесывает ее сама, крутит на пальцах локоны, приказывает подать голубенькое кисейное с цветами — нет! новое гродерьен — или нет! шитое буф-муслиновое.[96]
— К чему ж вы одеваетесь, барышня: гостья уж уехала.
— Очень рада! подай мне бирюзовые серьги! — отвечала Зоя.
Она как будто переродилась; все в ней забушевало, заходило волной.