Гроза грозой сошел Светославич с крыльца; голова его кружится, очи горят. Вскочил на коня, помчался; у стана встретили его Воеводы и Тысяцкие.
— К бою! — вскричал он, проскакав мимо толпящейся дружины.
— К бою! — повторилось в рядах; труба ратная загремела по стану.
Нетерпеливо ждал Светославич, покуда скоплялись около него полки конные.
Быстро повел он их к Киеву; Пешцы потянулись следом, развернув полковые знамена: ладьи Варяжские потянулись вниз по реке, вспенили волны.
Взвился прах до неба, солнце заиграло на светлом оружии. Видит Киев беду неминучую… не ждет воли Княжеской, высыпает навстречу Светославичу; старейшие мужи несут золотые ключи от броневых врат, несут дары, хлеб и соль; биричи[58] градские трубят в трубу, бьют в серебряные варганы.
— Будь нам милостивец, Государь Князь Владимир! — говорят старейшины Киевские, припав к земле и ставя на землю перед Светославичем дары, хлеб и соль. — Давно молили мы звезду твою посветить на худый Киев!.. Рады мы тебе, и будет нам честен и празден приход твой, Княже, Господине! Не хотим мы Ярополка, сокрушил он веру и души наши. Тиуны и Рядовичи его Немцы; а попы Варяжские не богомольцы наши; не лазили мы в Божницы их; а теперь порушили мы хоромы Варяжские, а кудесников из града изгнали; пусть идут с Ярополком в Ровню и там кланяются Черту!..
— Где Ярополк? — торопливо спросил Светославич.
— В Ровне, на Роси, бежал с своими ближними.
— В Ровню! — вскричал Светославич, обратись к полкам своим. — В Ровню! — повторил он. — Перебегите путь Ярополку!