'Нет,- думает Мирко, - так мне никогда не управиться. Надо ведьме этой голову снести, и некому будет новых воинов ткать'.
Ничего не скажешь, надумал так надумал! Да что из того, что он ей голову снес? Руки-то ее сами солдат ткут; не успел Мирко оглянуться, а уж вся комната ими кишит.
Рассердился тут Мирко, всех солдат перебил, колдунью изничтожил, вытащил вместе с ткацким станком во двор и сжег все дотла.
- Ну, теперь не придется уж воевать ни мне, ни старому витязю! - радуется Мирко.
Так, да не так! Поторопился ты, Мирко, рано еще радоваться. Выпала вдруг из огня маленькая косточка, завертелась волчком - да что же это?! - из малой косточки опять колдунья старая на свет появилась.
- Ах, так! - закричал Мирко яростно.- А ну, меч, вон из ножен! Но старая колдунья взмолилась:
- Не убивай ты меня, королевич Мирко, я тебе за добро добром отплачу! Без меня ты отсюда не выберешься. Не губи меня, Мирко! А я не стану воинов ткать!
- Ладно, старая, живи себе, только покажи, как отсюда выбраться. Говорит ему старая колдунья:
- Ну и ну, королевич Мирко, не думала я, что сердце у тебя такое доброе. Возьми за это гвозди алмазные на четыре подковы, они тебе пригодятся, не потеряй, спрячь хорошенько.
Отвела она Мирко к той дыре, через которую он в ад попал. Что верно, то верно, самому бы ему нипочем не отыскать ее, потому как и она была закрыта тайной задвижкою, а увидеть ту задвижку человеческий глаз не может.