Пошел он на голос козы своей, до тех пор шел, пока медный дворец не увидел. А в оконце первая из тех трех злодеек сидит, расфуфыренная. 'Ага, - говорит себе пастух,- тебя-то мне и надо!' Махнул брильянтовой хворостиной, медное яблоко с земли подобрал, в карман положил. Пошел дальше - опять блеет коза его; так и шел за нею до самого серебряного дворца. И тут волшебной хворостиной махнул, дворец - и с девицей в нем - в яблоко превратил, в карман положил. То же и с золотым дворцом было.
Выложил он все три яблока, на землю рядком положил, хворостиной провел, и вырос перед ним брильянтовый дворец - на семьдесят семь верст окрест таких и не видывали. Вошел он в замок-дворец смело, а вот как вошел, растерялся - вокруг все блестит да сверкает, глаза слепит с непривычки.
Ходит пастух по замку своему, все покои оглядел, а в каком на житье устроиться, не придумает. Сам не заметил, как тоска навалилась. Вздохнул тяжело, даже замок дрогнул:
- Э-эх, хоть бы одна душа живая!
Договорить не успел, как дверь отворилась - стоит на пороге та самая фея, что хворостину брильянтовую ему подарила. Подбежала фея к пастуху, обняла его, говорит:
- Ты мой, я твоя навеки!
Ох, сколько же народу к ним на свадьбу сошлось! Все плясали в охотку, стар и млад, а впереди всех коза-вещунья коленца выкидывала, на радостях все окна во дворце перебила.
Слышал я, будто завтра она и к вам наведается.