В третий раз крикнул пастух изо всей мочи:
-Эй, Всехдавиш, э-э-эй!
Этот крик только Всехдавиш и слышал.
-Богом клянусь,- говорит,- меня хозяин зовёт.
-Ну, коли так,- говорит Всезнай,- дело плохо, бежим на помощь ему поскорее.
Да только легко сказать - бежим! Медведь-то сарай со всех сторон камнями огромными обложил, целые скалы приволок, даже кровлю скалой привалил. Разбежался Всезнай, ударил об стену, сарай покачнулся только; вторым Догляд ударил - дырку в стене пробил, но где ж им, громадинам, в ту дырку пролезть. Тогда Всехдавиш тряхнул сарай, он и развалился.
А медведь тем временем уже на дерево влез, лапой замахнулся: вот сейчас убьёт пастуха. Собаки увидели - и к дереву поскорей. Прыгнул Всезнай, только до нижней ветки достал; прыгнул Догляд, самую малость до медведя не дотянулся, на средней ветке повис; прыгнул Всехдавиш и медведю в горло вцепился. Дернул, рванул, медведь к Догляду отлетел; Догляд зубами щёлкнул, медведь к Всезнаю скатился. Вцепился Всезнай медведю в загривок - тот кубарем наземь ухнул. И вмиг все три собаки с дерева соскочили, окружили медведя и разорвали.
Всезнай говорит:
-Ну, с этим покончено, осталась колдунья старая, разорвём и её, по заслугам накажем.
Так и сделали.