— Ну, вы! Так идете или нет?
— Дюк! Вот ей богу, пресвятая богородица, — Рыжий Дюк! Вот те крест — он самый.
Тетушка упала на колени и, вытянув вперед руки, легла туловищем на пол.
Телеграфист, услышав, что Дюк, а не кто другой, на дворе, громко крикнул:
— Именем комитета охраны и действия, облеченного властью городом и уездной милицией, — арестую вас. Прошу немедленно взять, — сказал он своим сотрудникам.
— Брось шебушить, — нечего трепаться, парень! Говорят вам, хоть вы и комитетчики, а лезьте скорей вниз.
Когда телеграфист и другие члены комитета спустились с сеновала, то, кроме Дюка и нескольких ребят из его банды, они увидели красные околыши милиционеров.
— Ага, попались, голубчики! Довольно. Я говорил…
Но телеграфист не кончил: его перебил Дюк.
— Хоть и попались, да только не вам. А у вас по усам-то протекло, а в рот — шиш, да и тот без масла…