Миссис Титбюри, охваченная в первую минуту невольным страхом, иначе взглянула на положение и спросила:
— Сколько?
— Три тысячи долларов!
Этот голос… Она его узнала… Голос Роберта Инглиса, внезапно выросшего на пороге гостиницы. Но господин Титбюри, менее проницательный, чем его жена, все еще хотел обратить дело в шутку.
— Э, — воскликнул он, — а вот и наш друг!
— Собственной персоной, — ответил тот.
— И все в таком же хорошем настроении?
— Все в таком же.
— Не правда ли, очень забавно требование этих джентльменов?