— Не узнали, — ответил молодой художник, — он окружен еще большей таинственностью, чем раньше.
А вообще-то ход игры меньше всего волновал двух молодых людей. Каждого из них по-настоящему интересовал только один участник матча. Но Джовита Фолей то и дело возвращалась к вопросу о партии и о предстоящих метаниях игральных костей.
— В конце концов, — сказала она, — вполне вероятно, что при следующем тираже ты, Лисси, водрузишь желтый флаг на последней клетке.
— Невозможно, мисс Фолей, совершенно невозможно, — заявил Макс Реаль.
— Но почему?
— Потому, что мисс Вэг займет теперь мое место в сорок четвертой клетке…
— Ну и что же из этого, мистер Реаль?
— Допустим, кости выбросят десять, а удвоенное десять заставит ее, перескочив через шестьдесят третью клетку, вернуться обратно, в шестьдесят вторую. И тогда уже ей ни за что не выиграть партию — две игральные кости никогда не выбросят одно очко. Но, — продолжал художник, — есть еще один нежелательный вариант.
— Какой именно?
— Если бы кости выбросили восемь очков, снова послав мисс Вэг в «тюрьму».