Он передал Тому штурвал и показал, как следует вести судно. Затем, поставив Геркулеса, Вата, Актеона и Остина у горденей брамселя и бом-брамселя, он полез на мачту.
Взобраться по выбленкам вант фок-мачты, достигнуть марса, добраться до рея — для Дика было сущей игрой. Подвижный и ловкий юноша мигом побежал по портам брам-реи и отдал сезни, стягивающие брамсель.
Потом он перебрался на бом-брам-рей[35] и быстро распустил парус. Покончив с этим делом, Дик Сэнд соскользнул по одному из фордунов[36] правого борта прямо на палубу.
Здесь по его указанию матросы растянули оба паруса, то есть притянули их шкотами за нижние углы к нокам[37] ниже лежащих реев, и прочно закрепили шкоты.
Затем были подняты стаксели между грот-мачтой и фок-мачтой, и этим кончилась работа по подъему парусов.
Геркулес старался не тянуть снасти изо всех сил и ничего не разорвал на этот раз.
«Пилигрим» шел теперь на всех парусах.
Дик мог поставить еще лисели, но при таких условиях их было трудно ставить, еще труднее было бы быстро убрать их в случае шквала. Поэтому молодой капитан решил ограничиться уже поднятыми парусами.
Том получил разрешение отойти от штурвала, и Дик Сэнд снова стал на свое место.
Ветер свежел. «Пилигрим», слегка накренившись на правый борт, быстро скользил по морю. Плоский след, оставляемый им на воде, свидетельствовал об отличной форме подводной части судна.