— Начинаю подозревать, что на острове Линкольна творятся странные дела! — пробурчал Пенкроф.
— Странные дела? — переспросил Гедеон Спилет. — Право же, Пенкроф, всё это вполне естественно. Кто-нибудь пришёл, пока нас не было, расположился в нашем жилище и поднял лестницу.
— Кто-нибудь! — воскликнул моряк. — Да кто же, по-вашему?
— Скажем, охотник, ранивший пекари, — ответил журналист, — уж тогда он за всё перед нами отчитается.
— Вот что, если там наверху кто-нибудь есть, — сказал Пенкроф и выругался: он потерял терпение, — то мы сейчас получим ответ.
И моряк крикнул громовым голосом:
— Эй, вы там!
Но только эхо многократно повторило его окрик.
Поселенцы прислушались: им показалось, что там наверху, кто-то насмешливо хихикнул, но невозможно было понять кто. Однако Пенкрофу не ответили, и он снова стал кричать.
Событие это, конечно, могло ошеломить даже людей сторонних, а поселенцев тем более. В их положении каждый пустяк приобретал известное значение, но, право же, за семь месяцев, проведенных на острове, такого удивительного происшествия с ними ещё не случалось.